Как хорошо иметь свой дом
Sep. 29th, 2018 10:02 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
fuguebachВсе сейчас вспоминают девяностые.
Для кого-то это просто молодость или юность.
А для многих - начало новой жизни, когда все изменилось в одночасье.
Для нас девяностый - год переезда в Израиль. Тогда все менялось очень быстро. Даже через пару лет уже все было иначе. Мы же покидали Советский Союз, страну, где, несмотря на перестройку, была тоталитарная власть, и всем еще правили КПСС и номенклатура.
У нас отобрали гражданство и два дня в дороге мы были «людьми без паспорта».
При всех трудностях Израиль нас принял, поддержал, чем мог, и быстро стал родным домом. В первые дни мне еще снились кошмары из той жизни, я в ужасе просыпался и думал: «как хорошо, что я больше не там!»
СССР скоро приказал долго жить, в России многое изменилось, но эти изменения мы видели в основном по телевизору и рассказам очевидцев. Иногда мне хотелось оказаться там, с друзьями, которые, казалось, жили по-настоящему интересной жизнью, а не занимались выживанием, как мы.
Но новая жизнь и новые заботы затягивали все больше. Родина (Родина у человека только одна, но там не всегда дом, а дом, как ни крути, - куда важнее места рождения) уходила все дальше и становилась все непонятнее.
А у нас появились свой новый домик, учеба, дети. Плохое забывалось, и все больше верилось, что Советский Союз ушел в прошлое, что наша Родина, пусть даже не всегда понятная, - теперь нормальная страна с нормальными людьми. Совсем не то злобное антисемитское булыжное рыло, которое мне являлось в кошмарах девяностого.
Я даже как-то собрался и съездил навестить родной город. И если друзья остались теми же, то город оказался совсем не тем городом детства, каким я его представлял. Меня не покидало ощущение, что приехал я туристом в какую-то совсем незнакомую страну, страну, в которой почему-то говорят по-русски.
Время шло. Еще одна страна на какое-то время стала мне домом, а на Родине происходили изменения.
Многим, родившимся там, но жившим в других странах, изменения эти были не по вкусу. Они ругали российскую власть, политику, людей.
Честно говоря, мне это было трудно понять. Я полагал, что не мне судить. Да, я там родился, но это не мой дом, и, хоть и дружественная, но не моя страна. Я там не живу и плохо понимаю местные реалии.
До тех пор, пока они не лезут в мой дом. И не помогают тем, кто хочет меня убить.
Я старался держать нейтралитет. Я проявлял понимание, когда патриоты убеждали меня, что «крымнаш», меня вычеркивали из друзей украинофилы только за то, что я просил их снизить тон в их часто очень некрасивых нападках на соседний народ.
Но, если честно, что-то больше не хочется. И вокруг меня очень много людей, которые совсем другими глазами вдруг увидели эту страну.
И да, я снова думаю: «как же хорошо, что я давно не там!»
Для кого-то это просто молодость или юность.
А для многих - начало новой жизни, когда все изменилось в одночасье.
Для нас девяностый - год переезда в Израиль. Тогда все менялось очень быстро. Даже через пару лет уже все было иначе. Мы же покидали Советский Союз, страну, где, несмотря на перестройку, была тоталитарная власть, и всем еще правили КПСС и номенклатура.
У нас отобрали гражданство и два дня в дороге мы были «людьми без паспорта».
При всех трудностях Израиль нас принял, поддержал, чем мог, и быстро стал родным домом. В первые дни мне еще снились кошмары из той жизни, я в ужасе просыпался и думал: «как хорошо, что я больше не там!»
СССР скоро приказал долго жить, в России многое изменилось, но эти изменения мы видели в основном по телевизору и рассказам очевидцев. Иногда мне хотелось оказаться там, с друзьями, которые, казалось, жили по-настоящему интересной жизнью, а не занимались выживанием, как мы.
Но новая жизнь и новые заботы затягивали все больше. Родина (Родина у человека только одна, но там не всегда дом, а дом, как ни крути, - куда важнее места рождения) уходила все дальше и становилась все непонятнее.
А у нас появились свой новый домик, учеба, дети. Плохое забывалось, и все больше верилось, что Советский Союз ушел в прошлое, что наша Родина, пусть даже не всегда понятная, - теперь нормальная страна с нормальными людьми. Совсем не то злобное антисемитское булыжное рыло, которое мне являлось в кошмарах девяностого.
Я даже как-то собрался и съездил навестить родной город. И если друзья остались теми же, то город оказался совсем не тем городом детства, каким я его представлял. Меня не покидало ощущение, что приехал я туристом в какую-то совсем незнакомую страну, страну, в которой почему-то говорят по-русски.
Время шло. Еще одна страна на какое-то время стала мне домом, а на Родине происходили изменения.
Многим, родившимся там, но жившим в других странах, изменения эти были не по вкусу. Они ругали российскую власть, политику, людей.
Честно говоря, мне это было трудно понять. Я полагал, что не мне судить. Да, я там родился, но это не мой дом, и, хоть и дружественная, но не моя страна. Я там не живу и плохо понимаю местные реалии.
До тех пор, пока они не лезут в мой дом. И не помогают тем, кто хочет меня убить.
Я старался держать нейтралитет. Я проявлял понимание, когда патриоты убеждали меня, что «крымнаш», меня вычеркивали из друзей украинофилы только за то, что я просил их снизить тон в их часто очень некрасивых нападках на соседний народ.
Но, если честно, что-то больше не хочется. И вокруг меня очень много людей, которые совсем другими глазами вдруг увидели эту страну.
И да, я снова думаю: «как же хорошо, что я давно не там!»
